Трудные дороги войны – чудесные встречи

Воспоминания моей Мамы – Кац Гитли Моисеевны в девичестве Хаймович (28.12. 1916- 13.07. 1998гг.) и её младшего брата – Хаймовича Бориса Моисеевича (Барух, так его назвали при рождении 7.05 1927г., живет сейчас в Израиле в городе Кирьят Ям), записанные ее младшим сыном Аликом Кацем.

Семья Мамы жила в Оргееве. В Бессарабии – теперь Молдова.

Мама (слева) и папа. Конец 30-х годов.

1941 год, 22 июня – начало войны. Папу призвали в Армию. Мама с грудным сыном Мусиком, рождённым 2.05. 1941г., c моей бабушкой Этей, двумя братьями мамы – 17-летним Пиней и 14-летним Борей, и с сестрой Маней – Мындалы загрузили пожитки в подводу, арендованную бабушкиным братом Рэувэном, и 6.07.1941г. пошли в сторону села Ваду луй Водэ, а затем на Криуляны, где был мост через реку Днестр. Шли пешком. В пути встретили Маноли, знакомого маминого отца Моисея, умершего в 1940 году. Маноли перегонял асфальтовый каток на левый берег Днестра. Боря сел на каток, прицепил к нему детскую коляску и поехал к переправе. И так на катке с коляской они миновали шлагбаум с солдатами и проследовали на Криуляны к мосту. В пути их начали бомбить. Они спрятались в кукурузном поле. И там Маноли сообщил, что на мост пропускают только технику. Боря с коляской отправился в обратный путь, к шлагбауму.

А тем временем наши пешеходы-беженцы подошли к злополучному барьеру, который разлучил семью с самым младшим её сыном Борей! И тогда моя мама проявила настойчивость и заявила солдатам, охранявшим шлагбаум, что она с ребёнком не сдвинется с места, пока они не позволят брату Пине и сестре Мане пройти и вернуть младшего брата. Солдаты дали добро, и Пиня с Маней пошли на поиски Бори. К счастью, они нашли друг друга и вместе пошли обратно к шлагбауму. По пути они пережили ещё одну бомбёжку, заночевали на чердаке у добрых людей, впустивших их к себе в дом.

Слева направо: бабушка Этя с братьями Рэувеном и Барухом. Конец ХIХ века.

Мама с двухмесячным Моисеем и моей бабушкой Этей осталась ждать братьев и сестру. Чтобы покормить младенца, она взобралась в кузов стоящего рядом грузовика. А грузовик тронулся и поехал в сторону переправы. Мама стучала по крыше кабины, просила остановить машину, но тщетно. Водитель не реагировал. Она видела возвращавшихся братьев и сестру, но автомобиль остановился уже на другом берегу, в деревне Павловка. И Мама с грудным ребёнком очутилась одна в незнакомом селе. Она всегда говорила – «мир не без добрых людей». И эта поговорка сработала. Маму с ребёнком приютила в своём доме жительница Павловки.

А 7-го июля Боря, Пиня и Маня наконец вновь воссоединились со своей мамой Этей и проследовали к переправе в Ваду луй Водэ. К тому времени и эту переправу закрыли и направляли всех беженцев на Старые Дубоссары на пешеходный мост, по которому, наконец, Семья переправилась через Днестр. Вошли в прибрежное село и сели отдохнуть рядом с кустами живой изгороди одного из домов (воспоминания Бори).

Через некоторое время из дома вышла хозяйка и начала ругать наших беженцев за то, что они рвут фрукты из её сада и что зимой ей нечего будет есть. И тогда бабушка сказала ей, что они прошли долгий и тяжёлый путь и просто присели отдохнуть, а кричит она на них потому, что они евреи. «Это я антисемитка? – воскликнула женщина и заплакала. – Да у меня в доме уже почти неделю живёт твоя дочь с внуком!». В это время Мама вышла из дома и… увидела бабушку Этю!

Два дня наши родные пожили в доме этой женщины, а потом пошли дальше на восток. По дороге они встретили группу солдат. А среди них был еще один брат моей мамы – Даня. Во время встречи он снял с руки часы, отдал их Гене (моей маме), сказав: «Тебе они нужнее».

Боря Хаймович. Послевоенное фото.

Кстати, должен заметить, что, в отличие от многих бессарабцев, Даня прошёл всю войну в Действующей армии сапёром. И после войны помогал всем братьям и сёстрам в трудные моменты. Но это уже другая тема.

И часы, действительно, пригодились, потому что впереди были Одесса, Ростовская область, колхоз села Кузьминка, Бухара…

А вот детскую коляску Боря не бросил, и всюду таскал её с собой, пока была в ней необходимость – к концу войны Мусику исполнилось 4 года.

 Алик Кац, Кирьят Моцкин, Израиль

На главном фото: После войны. Все выжили! Бабушка Этя с детьми. Слева на право: Гитля, Маня, бабушка Этя, Боря, Даня, Сарра, Пиня. 50- годы.